Дэвид Хендрикс работал до января 1983 года, не выявило ничего, что можно было бы связать с преступлением по месту его проживания.
15) Исследование ангара, в котором находился поршневой самолёт Дэвида Хендрикса, а также самого самолёта не выявило ничего, что можно было бы связать с преступлением по месту его проживания.
16) Зная время вывоза мусора и район его сброса на городской свалке, криминалисты провели его тщательный осмотр и изучение с целью обнаружения предметов и следов, связанных [или потенциально связанных] с преступлением. Несмотря на большой объём проделанной работы, никаких улик, происходящих из дома №313, в выброшенном и вывезенном мусоре найти не удалось.
Как видно, несмотря на очень большой объём проведённой работы, успехи криминалистов оказались очень и очень скромными. По мнению следствия, факт пребывания в доме постороннего человека, то есть не связанного с семьёй Хендрикс, не был доказан.
Заканчивая разговор об обстановке в доме, зафиксированной в ходе его осмотра сотрудниками правоохранительных органов, остаётся сказать о некоторых деталях, представляющих определённый интерес. Прежде всего, некоторое недоумение вызвала спартанская обстановка жилища, весьма нехарактерная для столь зажиточной семьи и дома, расположенного в лучшем, пожалуй, районе города. О материальном благосостоянии Хендриксов будет ещё сказано несколько слов в соответствующем месте, сейчас же следует лишь отметить, что семья была весьма и весьма зажиточна, и потому скромность их дома озадачила детективов и криминалистов. В доме не было ни телевизоров, ни видеомагнитофонов, ни качественных акустических систем, ни детских электронных игрушек… Между тем для 1983 года подобного рода техника являлась непременным атрибутом любого более или менее благоустроенного жилища. Даже студенты в кампусах имели в своих комнатах квадрофонические музыкальные центры, а уж плееры с наушниками в те годы имели почти все дети и подростки. А у Хендриксов — ничего подобного…
Помимо этой странности, полицейские и работники прокуратуры обратили внимание и на другую. Хендриксы читали книги! Не надо смеяться, обычные американцы читают очень мало и книг в домах не держат. Между тем в доме Хендриксов было найдено немногим более 200 (!) бумажных книг, преимущественно религиозного содержания. Рядовые американцы, если только это не «яйцеголовые» преподаватели и научные работники, свою потребность в печатном слове удовлетворяют газетами и журналами, а потому четыре книжные полки с книгами по истории христианской церкви и толкованиями Священного Писания смутили даже самых опытных «законников».
Самым тщательным образом изучив столь диковинную библиотеку, детективы обратили внимание на несколько потрёпанных книг, несомненно, внимательно прочитанных их владельцем (или владельцами). Ряд книг содержал закладки. Перечислим их.
1) В книге «Царь Саул, Человек во плоти» имелась закладка, вложенная в начале главы XVI. Глава эта начиналась с рассказа о гонениях, которые царь Саул обрушил на Давида.
2) В книге «Храните свои сокровища на небесах» имелась закладка, помещённая перед главой с названием «О том, как семья столкнулась с трагической гибелью троих своих детей». Текст разъяснял, почему родители должны испытать облегчение от смерти малолетних детей — те ввиду своей безгрешности непременно обретут своё место у престола Бога и тем спасут души.
3) В брошюре «Брачный акт. Красота сексуальной любви» имелась закладка, оставленная перед главой 8, имевшей заглавие «Неудовлетворённая женщина».
Изучение отпечатков пальцев на закладках не позволило сделать каких-либо выводов о том, кто именно эти закладки оставил — Дэвид Хендрикс или его жена Сюзан. Забегая немного вперёд, отметим, что Сюзан также являлась очень религиозной женщиной и, вне всяких сомнений, не только была в курсе теологических изысканий мужа, но и полностью их разделяла. А потому никаких определённых выводов о том, кто читал эти книги и оставил в них закладки, следствие сделать не смогло.
Что показало судебно-медицинское вскрытие тел убитых?
Вскрытие тел всех четырёх убитых проводил один и тот же судебно-медицинский эксперт Энтони Ромин [Antonie Romyn] в течение одного вечера 9 ноября в морге в больнице Брокау. Необходимо сразу подчеркнуть, что детальное содержание судебно-медицинских экспертиз тел убитых в доме №313 неизвестно, правоохранительные органы приложили определённые усилия к тому, чтобы информация о локализации ранений не была разглашена. Очевидно, детали такого рода должны были стать «критерием истинности» при проверке возможных самооговоров и мистификаций. Поэтому изложенная ниже информация имеет довольно общий характер, что, однако, не сильно вредит настоящему повествованию.
Итак, свою работу доктор Ромин начал в 19:40 с исследования тела Сюзан Хендрикс. В описательной части эксперт констатировал наличие у женщины отклонений от нормы в состоянии некоторых внутренних органов. Так, в щитовидной железе он обнаружил капсулированный узел, присутствие которого могло негативно влиять на гормональный баланс в организме. Кроме того, в желчном пузыре был найден камень размером 2,2 см, который женщина должна была чувствовать. Тем не менее никакой непосредственной угрозы здоровью ни узел в щитовидной железе, ни камень в поджелудочной не несли. Можно сказать так: отмеченные отклонения от нормы влияли на качество жизни Сюзан, но не более того.
В желудке эксперт обнаружил около 20 миллилитров мутного зеленоватого вещества, то есть желудок был практически пуст.
Следов сексуального контакта вскрытие не выявило.
Женщина получила в общей сложности восемь ножевых ранений, нанесённых в грудь и живот. Один из раневых каналов достиг позвоночника, то есть лезвие ножа буквально проткнуло женщину насквозь. Выражена симптоматика быстрого наступления смерти. Формальная причина смерти — острая кровопотеря, коллапс.
Определение точного времени наступления смерти представило для судмедэксперта некоторую сложность, поскольку границы интересующего следствие интервала он мог определить довольно условно. Фактически Сюзан могла быть убита в любой час 8 ноября — и в полночь, и рано утром, и в обеденное время и даже позже.
Далее последовало вскрытие тела Грейс, младшей из дочерей. Девочка получила пять ножевых ранений, из которых три располагались на левой стороне головы и оказались протяжёнными — от виска до основания шеи. Шея была разрезана так, что казалось, будто у ребёнка появился второй рот — именно такое сравнение впоследствии использовал Энтони Ромин, рассказывая о своей работе членам Большого жюри. На левой стороне лба Грейс имелась прижизненная ссадина — точные её размеры не сообщались — а кроме того, на груди справа присутствовало поверхностное рассечение кожи.
В желудке обнаружено 70 миллилитров плохо переваренной пищи, которую судмедэксперт определил как пицца с грибами.
Никаких следов сексуальных манипуляций на теле Грейс не оказалось.
Давность наступления смерти, как и в случае Сюзан Хендрикс, определялась в широких пределах, однако существовала важная деталь, теоретически позволявшая уточнить время убийства. Эксперт заключил, что смерть девочки последовала в течение часа с момента последнего приёма пищи. Если следствие узнает, когда Грейс съела сырную пиццу, то с высокой точностью назовёт момент нападения.
Вскрытие тела Бенджамина Хендрикса убедительно доказало, что мальчик, будучи самым младшим и слабым из числа жертв, подвергся наиболее безжалостному избиению. Мальчика ударили ножом в общей сложности 16 раз. Его горло оказалось перерезано так же, как и горло Грейс — эти ранения выглядели однотипными. На голове мальчика имелись две раны, которые иначе как уродующими и не назвать — это были длинные разрезы от края левого глаза к левому уху и основанию шеи. Кроме того, мальчика трижды ударили по голове обухом топора — два раза с левой стороны и один раз с правой. Результатом этих ударов явился оскольчатый перелом костей свода черепа с образованием большого количества [несколько десятков] костных осколков.
Следов сексуальных манипуляций вскрытие не выявило.
В желудке Бенджамина содержалось около 60 миллилитров плохо переваренной пищи [как и в случае Грейс таковой являлась пицца с грибами].
Выступая впоследствии перед Большим жюри, судмедэксперт заявил, что на лицах Грейс и Бенджамина запечатлелась печать ужаса. Между тем выражения лиц старшей девочки Ребеки и её матери Сюзан выглядели совершенно обычными. По мнению Ромина, младшие дети видели расправу над старшей сестрой и понимали, что их ожидает, в то время как нападение на Сюзан и Ребеку оказались для жертв неожиданными. Это, конечно же, субъективная оценка врача, и мы не можем ни подтвердить её, ни
